суббота, 12 августа 2017 г.

Сенсация от японских генетиков: останки Николая II и его семьи, захороненные в Петропавловской крепости на самом деле неизвестно чьи...

 

Царская семья. доказательства великого подлога

Царская семья. доказательства великого подлога


Обнародование японскими генетиками результатов исследования человеческих останков, которые официальные российские власти признали останками семьи Николая Романова, наделало немало шума. Проанализировав структуры ДНК екатеринбургских останков и сравнив их с анализом ДНК брата Николая Второго Великого князя Георгия Романова, родного племянника императора Тихона Куликовского-Романова, и ДНК, взятым из частичек пота с императорской одежды, профессор Токийского института микробиологии Татсуо Нагаи пришел к выводу, что останки, обнаруженные под Екатеринбургом, не принадлежат Николаю Романову и членам его семьи.

Это придало особый вес аргументам той группы ученых историков и генетиков, которая уверена, что в 1998 году в Петропавловской крепости под видом императорской семьи с большой помпой захоронили абсолютно чужие останки. Почти десять лет проблемой поиска и идентификации останков расстрелянной в 1918 году в Екатеринбурге семьи Николая Романова занимается профессор Российской академии истории и палеонтологии Вадим Винер. С этой целью он даже создал специальный Центр по расследованию обстоятельств гибели членов семьи Дома Романовых, президентом которого является. Винер уверен, что заявление японских ученых может спровоцировать в России новый политический скандал, если решение специальной комиссии правительства РФ, признающее "екатеринбургские останки" романовскими, не будет отменено. Об основных аргументах по этому поводу и о том, какие интересы переплелись в "деле Романовых", он рассказал в интервью корреспонденту Страны.Ru Виктору Белимову.

- Вадим Александрович, какие у России есть основания доверять Татсуо Нагаи?

- Их достаточно. Известно, что для экспертизы такого уровня нужно брать не дальних родственников императора, а ближайшее родство. Имеются в виду сестры, братья, мать. Что сделала правительственная комиссия? Она взяла далекое родство, троюродных родственников Николая Второго, и очень дальнее родство по линии Александры Федоровны, это английский принц Филипп. При том, что есть возможность узнать структуры ДНК ближних родственников: есть мощи Елизаветы Федоровны, родной сестры императрицы, сына родной сестры Николая Второго Тихона Николаевича Куликовского-Романова. Между тем сравнение было сделано на основе анализов родственников дальних, и получены очень странные результаты с такими формулировками, как "имеются совпадения". Совпадение на языке генетиков вовсе не означает идентичность. Вообще мы все совпадаем. Потому что у нас две руки, две ноги и одна голова. Это не аргумент. Японцы же взяли анализы ДНК как раз близких родственников императора.

Второе. Зафиксирован совершенно четкий исторический факт, что когда однажды Николай, будучи еще цесаревичем, ездил в Японию, там его ударили саблей по голове. Были нанесены две раны: затылочно-теменная и лобно-теменная 9 и 10 см соответственно. Во время очистки второй затылочно-теменной раны был извлечен осколок кости толщиной с обыкновенный лист писчей бумаги. Этого достаточно для того, чтобы на черепе осталась выемка - так называемая костная мозоль, которая не рассасывается. На черепе, который свердловские власти, а позднее и федеральные выдавали за череп Николая Второго, такой мозоли нет. И фонд "Обретение" в лице господина Авдонина, и Свердловское бюро судебно-медицинской экспертизы в лице господина Неволина говорили все, что угодно: что, мол, японцы ошиблись, что рана могла мигрировать по черепу и так далее.

А что сделали японцы? Оказывается, после визита Николая в Японию они сохранили его платок, тельняшку, диван, на котором он сидел, и саблю, которой его ударили. Все это находится в музее города Оцу. Японские ученые изучили ДНК крови, которая осталась на платке после ранения, и ДНК со спила костей, обнаруженных в Екатеринбурге. Выяснилось, что структуры ДНК разные. Это было в 1997 году. Теперь же Татсуо Нагаи решил обобщить все эти данные в одно комплексное исследование. Его экспертиза длилась год и завершилась совсем недавно, в июле. Японские генетики доказали на 100 процентов, что экспертиза, проведенная группой господина Иванова, была чистой воды халтурой. Но анализ ДНК, проведенный японцами, - это только звено в целой цепочке доказательств о непричастности екатеринбургских останков к семье Николая Второго.

Кроме того, замечу, по такой же методике была проведена экспертиза другим генетиком, президентом Международной ассоциации судебных медиков господином Бонте из Дюссельдорфа. Он доказал, что найденные останки и двойники семьи Николая Второго Филатовы - родственники.


- Почему японцы так заинтересованы в том, чтобы доказать ошибку правительства РФ и российских генетиков?

- Их интерес здесь чисто профессиональный. У них хранится вещь, которая имеет прямое отношение не только к памяти России, но и ко всей спорной ситуации. Я имею в виду платок с кровью царя. Как известно, генетики по этому вопросу разделились, как и ученые-историки. Японцы поддержали ту группу, которая пытается доказать, что это останки не Николая Второго и его семьи. И поддержали не в силу того, что они этого хотели, а в силу того, что их результаты сами по себе показали явную некомпетентность господина Иванова и тем более некомпетентность всей правительственной комиссии, которая была создана под руководством Бориса Немцова. Выводы Татсуо Нагаи - это последний, очень сильный аргумент, который сложно опровергнуть.

- Были какие-то отклики на заявления Нагаи со стороны ваших оппонентов?

- Были вопли. Со стороны того же Авдонина. Мол, причем здесь какой-то японский профессор, если нас губернатор Свердловской области Россель поддержал. Потом было сказано, что это инспирировано какими-то темными силами. Кто они? Видимо, их много, начиная с Патриарха Алексия Второго. Потому что Церковь изначально не приняла точку зрения официальных властей.

- Вы сказали, что анализ ДНК - это только звено в цепочке доказательств. Какие еще есть аргументы, доказывающие, что в Петропавловской крепости нет останков последней императорской семьи?
- Есть два блока аргументов. Первый блок - это прижизненная медицина. Изначально Николая Александровича и его семью обслуживали 37 врачей. Естественно, сохранились медицинские документы. Это самая легкая экспертиза. И первый аргумент, который мы нашли, касается несовпадений данных прижизненных записей врачей с состоянием скелета N 5. Этот скелет был выдан за скелет Анастасии. Согласно записям врачей Анастасия имела при жизни рост 158 см. Была невысокого роста, полненькая. Скелет, который похоронили, имеет рост 171 см, и это скелет худого человека. Второе - это костная мозоль, о чем я уже сказал.

Третье. В дневниках Николая Второго, когда он был в Тобольске, есть запись: "Сидел у дантиста". Мы с рядом коллег-историков стали искать, кто был тогда дантистом в Тобольске. Он, вернее, она, была одна на весь город - Мария Лазаревна Рендель. Она оставила своему сыну записи по состоянию зубов Николая Второго. Она сообщила, какие пломбы накладывала. Мы попросили судебных медиков посмотреть, какие пломбы на зубах скелета. Оказалось, что ничего не совпадает. Бюро судебно-медицинской экспертизы вновь заявило, что Рендель ошиблась. Как она ошиблась, если она, простите, лично лечила ему зубы?

Мы стали искать другие записи. И я нашел в Государственном архиве РФ на Большой Пироговской, 17, записи лейб-медика Евгения Сергеевича Боткина. В одном из дневников есть фраза: "Николай Второй неудачно залез на лошадь. Упал. Перелом ноги. Боль локализована. Наложен гипс". Но на скелете, который пытаются выдать за скелет Николая Второго, нет ни единого перелома. Причем мы это сделали с минимальными затратами. Следователю Генпрокуратуры Соловьеву, который вел это дело, не нужно было ездить по заграницам и тратить бюджетные деньги, как он это с удовольствием делал. Достаточно было заглянуть в архивы Москвы и Питера. Но это говорит не о нежелании, а о том, что власть очень сильно хотела не замечать эти аргументы и документы.

Второй блок аргументов связан с историей. В первую очередь мы поставили вопрос, а подлинна ли записка Юровского, на основании которой власть искала могилу. И вот наш коллега, доктор исторических наук профессор Буранов, в архиве находит рукописную записку, написанную Михаилом Николаевичем Покровским, а отнюдь не Яковом Михайловичем Юровским. Там четко указана эта могила. То есть записка априори фальшивая. Покровский был первым директором Росархива. Его использовал Сталин, когда надо было переписать историю. У него есть знаменитое выражение: "История - это политика, обращенная в прошлое". Записка Юровского - подделка. Раз она подделка, то по ней вы не можете обнаружить могилу. Это теперь вопрос доказанный.


- У этого есть и юридическая сторона…

- Она тоже полна странностей и нелепостей. Мы изначально просили, чтобы все это было выведено на правое поле. В 1991 году Авдонин, нашедший могилу, обращается в Верх-Исетский РОВД Екатеринбурга с заявлением о находке. Оттуда обращаются в областную прокуратуру, и назначается прокурорская проверка. Могила вскрыта. Дальше непонятно. Уголовное дело не возбуждается, а в рамках этой проверки назначается прокурорская экспертиза. Это уже явное противоречие. То есть должны были возбудить уголовное дело в связи с нахождением останков, имеющих признаки насильственной смерти. Статья 105 УК РФ. В результате возбуждается уголовное дело по статье 102. Убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Вот здесь пошла самая настоящая политика. Потому что возникает простой вопрос: если вы дело берете по обстоятельствам гибели царской семьи, то кого вы должны привлекать в качестве подозреваемых в убийстве? Свердлова, Ленина, Дзержинского - город Москва? Или Белобородова, Войкова, Голощекина - это Уралсовет, Екатеринбург. Против кого вы будете дело возбуждать, если они все покойники?

То есть априори дело незаконно, и оно не имело судебной перспективы. Но по статье 102 легче доказать, что это останки семьи Романовых, вернее, легче не замечать аргументы. Как нужно было действовать, если все делать по закону? Вы должны установить срок давности, выяснить, что никого к ответственности привлечь нельзя. Уголовное дело подлежит закрытию. Далее надо вынести дело в суд, принять судебное определение по установлению тождества личности и тогда решать вопрос с похоронами. Но Генеральной прокуратуре это было невыгодно. Она тратила казенные деньги, симулируя бурную деятельность. То есть это была чистой воды политика. Учитывая, что в это дело вбухивались огромные деньги федерального бюджета.

Генеральная прокуратура возбуждает дело по статье 102 и закрывает его ввиду принадлежности останков Николаю Второму. Это такая же разница, как между кислым и соленым. Более того, решение об останках принималось не судом, а правительством Российской Федерации времен Черномырдина. Правительство путем голосования принимает решение, что это останки царской семьи. Является это судебным решением? Естественно, нет.

Более того, Генеральная прокуратура в лице Соловьева добивается выписки свидетельства о смерти. Я процитирую его: "Свидетельство о смерти выдано Романову Николаю Александровичу. Родился 6 мая 1868 года. Место рождения неизвестно. Образование неизвестно. Место жительства до ареста неизвестно. Место работы до ареста неизвестно. Причина смерти - расстрел. Место смерти подвал жилого дома города Екатеринбурга". Скажите, кому выписано это свидетельство? Вы не знаете, где он родился? Вы не знаете даже, что он был императором? Это же самое настоящее издевательство!

- Какова позиция Церкви?

- Она не признает подлинными эти останки, видя все эти противоречия. Церковь изначально разделила два вопроса - останки отдельно, а имена отдельно. И потом уже, понимая, что правительство будет хоронить эти останки, Церковь принимает единственно правильное решение из серии "Бог знает их имена". Вот парадокс. Церковь хоронит под девизом "Бог знает их имена", Ельцин под давлением Церкви хоронит неких жертв гражданской войны. Спрашивается: а кого мы вообще хороним?
- Какой, по-вашему, была цель всей этой затеи? Аргумент, чтобы "по заграницам" поездить, все же слаб. Уровень игры все-таки несколько выше…
- Безусловно. Я упомянул лишь о том, что лежит на поверхности. Аргументы здесь нескольких типов. Первый тип основан на любимом словосочетании губернатора Росселя "войти в историю". Суть этого аргумента - покрасоваться на фоне коронованных особ.

Но банальная причина в другой стороне. Когда возник интерес к Романовым? Именно тогда, когда Леонид Ильич Брежнев, а затем и Михаил Сергеевич Горбачев пытались улучшить отношения с Букингемским дворцом. Ее величество королева Елизавета Вторая говорила, что она не приедет в Россию до тех пор, пока перед ней не извинятся за судьбу Николая Второго. Николай Второй и ее отец - двоюродные братья. И она поехала только после того, как перед ней извинились. То есть все этапы появления и изучения этих останков тесно связаны с политическими мероприятиями.

Вскрытие останков произошло за несколько дней до встречи Горбачева и Тэтчер. Что же касается Британии как таковой, то там, в банке братьев Бэринг, лежит золото, личное золото Николая Второго. Пять с половиной тонн. Они не могут выдать это золото, пока Николай Второй не будет признан умершим. Даже не без вести отсутствующим. Потому что никто в розыск не подавал. Следовательно, без вести отсутствующим он не является. По законам Великобритании отсутствие трупа и отсутствие документов об объявлении розыска означает, что человек жив. В этой ситуации, видимо, рассчитывая, что удастся обработать неких родственников, власть решается на поиск останков и проведение некачественной экспертизы.

- Но ведь и после этого банк братьев Бэринг не выдал золото…

- Генпрокуратура не случайно выписала свидетельство о смерти. И группа граждан обращалась в банк за деньгами. Но банк не признает этот документ. Там требуют решение российского суда о том, что Николай Второй умер и вот это его останки.
- А что же родственники готовы поклоняться чужой могиле, лишь бы им выдали золото?

- Для большей части родственников, безусловно, обретение подлинной могилы важнее, чем золото. Их пытались втянуть в эту грязную игру. Многие отказались, но часть Романовых все же приехала в Екатеринбург на похороны.

- Что вы предлагаете делать сейчас, когда у вас в союзниках появились такие влиятельные люди, как японские ученые?

- Давайте вернем дело строго в правовое поле. Вынесем его в суд. Судом отвергнем систему доказательств Генеральной прокуратуры. Поскольку существуют уже два судебных определения в Германии о признании екатеринбургских останков родственниками Филатовым. То есть нужно все-таки определить, чьи это останки, и передать их родственникам, пусть они решают, где их хоронить. То есть процедура выноса останков из Петропавловского собора маячит.

- Вы знаете, чьи это останки?

- Если верить немецким ученым, это останки Филатовых, двойников Николая Второго. А у Николая Второго было семь семей двойников. Это тоже факт уже известный. Система двойников началась с Александра Первого. Когда в результате заговора был убит его отец император Павел Первый, он испугался, что люди Павла его забьют. Он дал команду подобрать себе трех двойников. Исторически известно, что на него было совершено два покушения. Оба раза он оставался живым, потому что погибали двойники. У Александра Второго двойников не было. У Александра Третьего двойники появились после знаменитого крушения поезда в Борках. У Николая Второго двойники появились после Кровавого воскресенья 1905 года. Причем это были специально подобранные семьи. Только в последний момент очень узкий круг людей узнавал, по какому маршруту и в какой карете поедет Николай Второй. А так совершался одинаковый выезд всех трех карет. В какой из них сидел Николай Второй - неизвестно. Документы об этом лежат в архивах третьего отделения канцелярии Его Императорского Величества. А большевики, захватив архив в 1917 году, естественно, получили фамилии всех двойников. Далее в Сухуми появляется Березкин Сергей Давыдович, идеально похожий на Николая Второго. Жена у него - Суровцева Александра Федоровна, копия императрицы. И дети у него - Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия. Они прикрывали царя.

- Когда о них стало известно?

- О Березкине заговорили с 1915 года. Он жил и в советское время в Сухуми. Умер в 1957 году. КГБ использовал его для работы с монархически настроенным населением. К нему ездили как к Николаю Второму, а органы выясняли, кто ездил, для чего ездил. Проблема двойников реально существует. Там только ребенок, который изображал Алексея Николаевича, не болел гемофилией.

- Как формировали семьи?

- Были как реальные семьи, так и сборные. Проблему двойников нужно выявлять и изучать. Прокуратура сказала этой версии "аминь". Я уже сказал, что она не брала в расчет никакие доказательства, которые шли вразрез с официальной точкой зрения.
- Есть ли доказательства, что Филатовы последовали в Тобольск, в Екатеринбург?

- Этого мы пока не знаем. Есть вопросы. Нам пока не дают эти документы. След ведет в здание ФСБ. Оттуда ведь в свое время, в 1955 году, была организована утечка информации о том, что могила близ Екатеринбурга вскрывалась в 1946 году. Хотя есть и заключение доктора медицинских наук Попова, что могиле 50 лет, а не 80. Как у нас говорят, в романовском деле на один вопрос ответил - возникло еще 20. Дело настолько запутанное. Это почище, чем убийство Кеннеди. Потому что информация строго дозирована.

- Какой был смысл в 1946 году лезть в эту могилу?

- Возможно, ее в то время и создали. Вспомним, что в 1946 году жительница Дании Анна Андерсен попыталась получить царское золото. Начав второй процесс по признанию себя Анастасией. Первый процесс у нее ничем не закончился, он длился до середины 30-х. Потом она паузу выдержала и в 1946 году вновь подала в суд. Сталин, видимо, решил, что лучше сделать могилу, где будет лежать "Анастасия", чем объясняться с Западом по этим вопросам. Тут далеко идущие планы, о многих из которых мы даже не знаем. Можем только догадываться.

- А Филатовы жили в то время?

- Не знаю. След Филатова потерян.

- А ученый Бонте с какими родственниками общался?

- Он общался с Олегом Васильевичем Филатовым. Это сын Филатова, который изображал, по одним источникам, самого Николая, по другим - Алексея. Очевидно, Олег сам слышал звон, но не знает, где он. Немец провел сравнение его анализов с немецкими родственниками Филатовых и с екатеринбургскими останками. И получил 100-процентное совпадение. Эту ведь экспертизу никто не отрицает. О ней молчат. Хотя в Германии она имеет статус судебной. О двойниках еще никто никогда не говорил. Я как-то заикнулся в одном интервью, мне сказали, что я сумасшедший, хотя я поднимаю проблему, которая реально существовала.

- Что вы намерены делать в дальнейшем?


- Мы хотели бы создать некий дискуссионный клуб, провести серию интернет-конференций. В сентябре в Екатеринбург должен приехать известный ученый-историк Владлен Сироткин. Он собирает документы по претензии России к долгам Запада. По его данным, не только мы должны Западу, но и Запад должен нам. Сумма долгов - 400 млрд долларов. Нам должны Чехия, Англия, Франция, Америка, Япония, Германия, Италия. Очень много денег было направлено на Запад под закупку оружия в годы первой мировой войны. Это были залоги под будущие поставки. Но поставок не было. Там есть наша недвижимость. Вот вам цена вопроса, которая реально стоит за всем этим. Нам надо показать, что проблема многогранна. Для нас очень важно, что мы шли наперекор правительству, официальным властям, в том числе правительству Свердловской области. Мы подвергались преследованиям ради установления исторической истины.
 
 
 

вторник, 8 августа 2017 г.

Какой строй наиболее подходит для России? Мнение...




 

Русское оружие. Народная монархия

 
Какой строй наиболее подходит для России? Век нынешнего экспериментирования показал, что большевизм не является народной формой правления: за сто лет после утери исконно русского образа управления государством русское население России не увеличилось, хотя в былые годы прирост был слишком ощутим, чтобы Запад не предпринял каких-либо действий по его устранению. А в 1913 г. население России увеличилось-то на 3, 5 млн. человек. Причем, в основном за счет прироста русского населения. Итак, что для нас наиболее приемлемо: республика или все-таки монархия?

«Историки подсчитали, что в среднем с XI по XVII вв. каждые два года на третий шла война, горели села и города, десятки и сотни тысяч были уводимы в полон. Одна засечная линия с юга, от татарских хищников, отвлекала сотни тысяч крестьян и воинов: рыли рвы, устраивали завалы, строили остроги, держали сторожевую службу. Тяжелые условия войн, да к тому же каждые семь лет засухи с голодом, моровые поветрия, — тут не до деспотизма. Государево дело было делом земским, и не случайно русские законы красноречиво молчат о преступлениях политических до самого Уложения 1649 г. Никто не думал и о привилегиях, не до них было…» [1] (с. 209).

Страна постоянно находилась в осаде. Причем, речь шла не о захвате колоний, но о борьбе исключительно за выживание. Потому, о каких «новшествах» в ведении боевых действий, позаимствованных Петром Первым у невоюющей Европы, можно серьезно говорить?
 
Воевали почти безпрерывно именно мы! И по тем самым временам лишь у своих и действительно весьма квалифицированных военных только-то и можно было делиться опытом.
«…в средние века этот самый Запад ничего из себя не представлял. Невежественный, завшивленный и нищий — вот характеристика тогдашнего западноевропейца… Нам нечего было заимствовать у европейцев в средние века, и тем более нечего было заимствовать в военной сфере. Восток являлся несравненно более богатым, культурным и сильным регионом, чем Европа» [2] (с. 63).

Вот что сообщают о нас представители далекой Испании, не являющиеся на тот момент нашими врагами, а потому имеющими возможность высказать правду о нас. Так как русские:

«…почти безпрерывно воюют с кем-нибудь, то час от часу делаются искуснее и опытнее как в стратагемах войны наступательной и оборонительной, так и в самых сражениях с неприятелями. Прежде они, подобно Парфянам, побеждали врагов, действуя более отступательным, нежели наступательным образом и бросая из луков стрелы; ныне же, напротив, с большим искусством и производят и выдерживают нападения, действуют огнестрельным оружием, и расставляют удивительной величины строи» [3] (с. 300).

Вот какие, например, эти самые строи имели малороссы в пору национально-освободительной войны под руководством Богдана Хмельницкого. Павел Алеппский:

«…казаки мощны на войне, никогда не отступают и не обращаются в бегство. Они обладают большим искусством в устройстве таборов… Эти таборы суть нарытые в земле окопы… их проводят кругом войска, чтобы никто не мог напасть на казаков нечаянно. У каждого из них… яма в земле. Встав на ноги, они стреляют из ружей, выпуская заряд; когда же неприятель начинает палить по ним из своих ружей, они прячутся в ямах и ни одна пуля их не задевает: сами они попадают, а в них не попадают» [4] (гл. 15, с. 93).

При этом прямая атака конницы ограждена сцепленными между собой телегами, лошади же отводятся в центр укрепления. Эта система защиты у славян, судя по всему, существовала издревле. Известна же нам по освободительной войне чехов под руководством Яна Жижки. И вот выясняется, что этими же средствами защиты с успехом пользовались и мы сами. О чем истории историков, опять же, как и о многом ином, скромненько все так и продолжают пытаться умолчать. Но, что выясняется, напрасно: шила в мешке им все равно не удается утаить.

И более чем понятно, почему наши пращуры были так искусны в воинской науке. Ведь целью всех войн и нашествий всегда являлась борьба басурман против Русского Бога. Ведь именно Русь представляла собой подножие Престола Господня, а потому и подвергалась на протяжении многих веков нашествиям иноплеменников, часто сбивающихся в коалиции, имеющие своей целью тотальное уничтожение Божьего народа. И народу этому постоянно приходилось с оружием в руках отстаивать свое право на жизнь. Потому именно мы и не могли бы ни при каких обстоятельствах разбираться в военной области лучше всех иных народов и народностей, племен и государственных образований древности. В противном же случае, нас давно уже не было бы. И не только на карте, но не было бы и в природе народа с нашим именем вообще. Что выясняется сегодня, именем Самого Бога («Господи!.. Твое имя наречено на городе Твоем и на народе Твоем» [Дан 9, 19]. Город же прекрасно известен: Ие Руса лим).

Европейские же армии имели исключительно бутафорскую предназначенность. Тому подтверждением их безсмысленные при ведении военных действий: и строевая муштра, и рассадник гниды — посыпанные мукой волосы, и неудобная для войны одежда, созданная исключительно для парадов, и многое иное, что могли себе позволить государства, содержащие свои армии лишь для полицейского контроля над своими подданными.

Но и сама организация обороны всегда была на высшем уровне. Заблаговременно оповещенные войска неожиданно окружали неприятеля, упершегося лбом в неприступные наши крепости, заставая его врасплох на своей земле, и безжалостно вырубали вражье войско, идущее сеять смерть на Русскую Землю.

Однако же в этом вопросе, как и в любом другом, — как аукнется, так и откликнется. А в сердце русского человека веками скапливающееся желание пресечь эти варварские нападения степняков, со временем, все же было реализовано, что и свидетельствует об отнюдь не великом проценте татарского населения нашей страны. 

И вот что после появления на границах мощных наших многочисленных крепостей стало происходить. Мы давно наслышаны о наших пленниках, томящихся в татарской неволе. Но мы не слышали о пленниках, находящихся в неволе нашей. Павел Алеппский:

«На границе страны татар, что справа от нас, этот богохранимый царь выстроил тридцать крепостей, кроме тысячи башен. После того, как татары раньше проходили сюда расстояние месячного пути в пять, шесть дней, появляясь нечаянно, во время больших холодов и льда, и, захватив пленных, возвращались, теперь московиты берут пленных у них: стоя на верху крепостей, они наблюдают, так как путь татар проходит вблизи них, и как только заметят едущих, часть их сходит, и, опередив татар, становится в засаду в стороне от дороги. При приближении к ним татар, они тотчас хватают их караван, будут ли это мужчины, женщины, девочки или мальчики, уводят в свою страну и продают на рынке уничижения за десять, пятнадцать или двадцать пиастров. Поэтому у каждой богатой женщины бывает пятьдесят, шестьдесят (рабынь) и у каждого важного человека семьдесят, восемьдесят (рабов)» [5] (гл. 11, с. 122). 

Вот как безславно для агрессора заканчивалось над нами иго татарское. 

Но и польское иго, вместе с евреями и армянами несколько веков лютовавшее над Западной (Белой и Малой) Русью, закончилось и еще с большей жестокостью. Их просто физически уничтожили. А потому сейчас поселений поляков на землях Малой Руси практически не встречается. А ведь когда-то в Смоленске и Киеве, Умани и Кременчуге — центр городов состоял из роскошных особняков польских феодалов, евреев и армян. Русские церкви были захвачены униатами, а на центральных площадях красовались костелы и синагоги.

Но вот пришел момент, когда русский человек не смог больше терпеть над собою это иго и взялся за оружие. Итог: ни одного костела, ни одного польского поселенца и тем более поселения на землях Русских западных земель больше не встретишь.

Но и на великоросских землях, куда поляки вновь были запущены с помощью лишь обмана, им также не поздоровилось. 

Вот, например, что случилось после взятия русскими войсками Смоленска:
 
«По взятии города, царь нашел в нем много евреев, которые скрывали себя, переодевшись христианами, но московиты узнали их по неумению делать крестное знамение. По приказанию царя их всех собрали и истребовали, чтобы они крестились, если хотят спасти себе жизнь… кто не пожелал, приказано было посадить в деревянные дома, и всех их сожгли. Царь велел разрушить в городе все церкви ляхов и приступил к сооружению других с основания» [6] (гл. 7, с. 177).

Так закончилось над временно отданной врагу частью великорусской земли иго польское.
 
Все то же постигло и остальные в той войне освобождаемые Русские западные земли. Всего в Белоруссии было отвоевано у неприятеля:

«…около 49 городов и крепостей силой меча и по добровольной сдаче и избили, одному всевышнему Богу ведомо сколько, евреев, армян и ляхов… Страна ляхов… была обращена в развалины и пустыню, где не встречалось деревень и людей на протяжении 15 дней в длину и ширину» [6] (гл. 7, с. 180).

То есть земли наши были к тому времени перезаселены инородцами и иноверцами. За что и подверглись проживающие на них захватчики полному физическому уничтожению. 

Потому-то на этих землях сегодня поляков не увидишь. Не увидишь и их костелов — все они разрушены и сравнены с землей.

Тоже и с татарами. И тут стоит только вдуматься, какие чувства руководили действиями русских ратников, на плечах неприятеля врывающихся во враждебный лагерь своего лютого врага, убившего его родителей, брата, уведшего в турецкий гарем любимую невесту (или польского пана, продавшего его невесту туркам)? Да он будет крушить всех и вся, прекрасно осознавая при этом, что чем больше по «великодушию» оставит потомства поганым на расплод, тем больше затем русской крови прольется в его родных селах! Ведь враг неумолим, и свои опустошительные набеги он прекратит лишь тогда, когда совершать их станет попросту некому…

Первая перепись 1897 г. определила татар 1,9%, а русских 72,5% [7] (с. 395]:

«Монгольская степь поставила перед русским народом вопрос о борьбе не на жизнь, а на смерть — и поплатилась жизнью» [7] (с. 395).

Панская Польша, следует поставить здесь параллель, поплатилась тем же — поляков уже более на исконно русских территориях не проживает вообще. Мы их просто физически истребили с лица Русской Земли.

Но почему же нам пришлось столь долго терпеть иго стоящих много ниже нас и духовно и физически этих двух варварских народностей?

Судя по всему, в сам период вторжения степняки когда-то просто подавили нас своей численностью. Потому Александру Невскому пришлось заставить платить дань татарам Великому Новгороду, избежавшему вторжения, лишь по причине нашей в ту пору неспособности противостоять шестисоттысячному войску, которое в любой момент могла выставить против нас Золотая орда. Да и поле Куликово свидетельствует о двойном, и это как минимум, численном превосходстве неприятеля. И все это при том, что ни враждебные нам войска княжества Литовского в нем участия не приняли, ни такие же враждебные нам, противоборствующие в то время самому Мамаю, войска хана Тохтамыша, ни разгромившие впоследствии и самого Тохтамыша, только чудом повернувшие вспять от наших границ, безчисленные орды Тамерлана Тимура.

А вот как только добрались мы до них, так их вдруг сразу и не стало!

То же касается и польского ига. Ведь уже эти над нами нежданно оказавшиеся в качестве господ варвары нас даже не завоевывали. Просто в определенный момент истории подчинение Литве было много выгоднее подчинению Золотой орде. Сама же Литва, после женитьбы князя Ягайло на польской королеве, не менее нежданно, оказалась вдруг находящейся на территории Польши. Так, обманным путем, была закабалена вся западная часть русского населения России. И закабаление это с каждым годом росло. Вплоть до того момента, когда у русского человека отобрали вообще все. В том числе и его церковь. Вот тут-то и начался русский бунт. И в несколько лет на территориях проживания русского человека не осталось ни одного костела и ни одного поляка: не трогай медведя в берлоге.

Вот, например, как выглядел со слов чеха Бернгарда Таннера снова на некоторое время возвращенный Польше Минск (1667 г.):
 
«Это — город большой, широко раскинувшийся по холмам и долинам. Он пострадал от москвитян, которые обратили его почти в развалины; но с течением времени стал он принимать лучший вид: монастыри доминиканцев и францисканцев, коллегия отцов братства Иисусова, коим основание уже положено, снова придадут городу не малую красу. Да не дурные и весьма многочисленные церкви схизматиков (неприятелем-схизматиком достояние их осталось не тронуто) и теперь делают город красивым» [8] (с. 25).
 
То есть наши храмы, что и понятно, русские войска, разгромившие здесь врага, не тронули. Но подвергли тотальному уничтожению все иноверческие в то время понастроенные здесь в изобилии очаги навязываемой нам чуждой культуры. Так что все равно, пусть до полного освобождения здесь русского человека еще в ту пору и не дошло, то свою Великую культуру, именуемую Православием, мы и на западе Руси отстояли. Причем, с очень огромными потерями со стороны басурман, попытавшихся перезаселить наши земли — от их жилищ и молелен оставались здесь одни развалины. Потому-то они сами, пусть на время и вернули здесь себе власть, вновь заселять уже раз сгоревшую здесь под ними землю не очень-то и спешили.

Но ни Наполеону, ни Гитлеру впрок такая наука не пошла. А жаль: иногда неплохо бы и поразмыслить над причинами патологических неудач своих предшественников. И все потому, что не желают они никак понять, что страна наша, наследница Святой Руси — подножию Престола Господня, — непобедима. 

Но не только Польша, но и степь длительной войной против нас была вымотана и потерпела полное свое в этой ожесточенной борьбе поражение. Что позволяло продолжить укрепление теперь и западных наших рубежей — на немецкой украине, где замыкала границу на замок старейшая связка: Псков — Новгород, и на украине литовской: Смоленск, Великие Луки, Себеж, Заволочье, Невель, Усвят и Велиж.

Также неотвратимо наступала обороняющаяся Москва и вниз по Волге, где украины неумолимо отодвигались на юг: Васильсурск, Свияжск, Чебоксары, Кокшайск.

А вот как удивляются враги наши неожиданности появления в своих тылах наступательных русских крепостей. Это сообщение относится ко временам войн, ведущихся Иваном Грозным:
 
«После того как его инженеры предварительно осмотрели место, подлежащее укреплению, где-нибудь в довольно далеком лесу рубят большое количество бревен, пригодных для таких сооружений. Затем после пригонки и распределения их по размеру и порядку, со знаками, позволяющими разобрать и распределить их в постройке, спускают (бревна) вниз по реке… разбирают знаки на каждом бревне, соединяют их вместе и в один миг строят укрепления, которые тотчас засыпают землей, и в то же время являются и их гарнизоны, так что король (Польский) только еще первое известие получает о начале сооружения (крепости), потом они оказываются столь крепки и внимательно охраняемы, что, осажденные громаднейшим королевским войском, испытывая храбрые нападения, мужественно защищаются и остаются во власти Московита...» [9] (с. 78).

Таким вот образом и осуществляется эта удивительнейшая не имеющая нигде более аналогов наступательная оборона Москвы.

А инженеры, специалисты по сооружению деревянных крепостей, что и без комментариев понятно, являться не русскими просто никак никогда и не могли. Лишь у нас дерево испокон веков являлось основным строительным материалом. То есть и в этой области мы заграницу, в чем сама она безапелляционно и признается, обошли просто на немыслимое расстояние. Построение такого вида крепостей, не имеющих аналогов на Западе, судя по всему, досталось нам по наследству еще от Римской (на самом деле нашей — Румской) империи. А потому Фульвио Руджери не может не скрывать своего восхищения способом их построения русскими инженерами:

«Таких, пока я был в Польше, он [Иван Грозный — А.М.] выстроил четыре с необычайной быстротой» [9] (с. 77).

Но и в случае прорыва врага в наши внутренние области здесь им также не было никакой возможности хорошенько развернуться для нанесения удара. О чем свидетельствует Павел Алеппский:

«…до какой степени страна эта, имеющая столь огромные размеры, строго охраняется, ибо входить нельзя иначе, как только через середину города и крепости и селения; непременно бывает узкий проход по мосту, ведущему через озеро, а других объездных путей вовсе нет. Никакому шпиону, хотя бы он был из туземцев, совершенно невозможно проникнуть» [5] (гл. 14, с. 128). 

Солоневич, отнюдь не склонный приписывать все это грандиозное наступательное строительство державы какой-либо особой способности управления страной одному лишь монарху, замечает по этому поводу:

«Как видите, даже наличие такого, я бы сказал, отсутствующего царя, как Федор, ни в какой степени не останавливает действия московской оборонительной системы» [7] (с. 398).

То есть давно отработанный на практике русский государственный аппарат, при наличии лишь невмешательства в его внутренние дела, заработал с такой самоотдачей, которая позволила русским людям, при полной поддержке истинного народовластия, завершить государственное строительство аж за Амуром.
 
А тому способствовала организация не встречающихся ни в одной стране мира вспомогательных систем полувоенных поселений — казачьих войск: донского, кубанского, терского, яицкого, семиреченского, забайкальского и амурского.

Таковы были грандиознейшие успехи нашего государства. Русь строилась под великодержавным скипетром раз когда-то избранной народной системы управления, где ворам места не было. В противном же случае мы бы не только за Оку шагу не ступили, но и были бы уже давно полностью доистреблены и прекратили свое существование как народ, сгнивая заживо на генуэзских галерах или отдавая свою красоту и молодость в гаремах турецких пашей.

В случае замены «отсутствующего царя» Федора безбожником Петром именно такая перспектива и открывалась бы перед державой, обустраиваемой после затяжных войн и внутренних неурядиц, порожденных нескончаемыми изменами бояр, явно имеющих отношение к тайной подрывной организации — масонству. Но наше государство ко времени узурпации престола Петром было уже поднято русским образом управления на такую грозную, недосягаемую для врагов высоту, с которой низвергнуть его в пучину полной деградации царю-антихристу в одночасье, как планировалось при возведении его на трон, оказалось просто не под силу.

Библиография

1. Острецов В.М. Масонство, культура и русская история. Издательство «Крафт+». М., 2004.
2. Рагинский М., Ларионова А., Володина Р. СС в действии. Издательство «Прогресс». М., 1969.
3. Донесение Д. Иоанна Фабра его высочеству Фердинанду, Инфанту Испанскому, Ерцгерцогу Австрийскому, Герцогу Бургундскому и Правителю Австрийской Империи, о нравах и обычаях Московитян. Цит. по: Отечественные записки, Часть 25. № 70. 1826.
4. Алеппский П. Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. Выпуск 1 (От Алеппо до земли казаков). Книга 2. Цит. по: Чтение в обществе истории и древностей российских, Книга 4 (179). 1896.
5. Алеппский П. Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. Выпуск 2 (От Днестра до Москвы). Книга 5. Цит. по: Чтение в обществе истории и древностей российских, Книга 4 (183). 1897.
6. Алеппский П. Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. Выпуск 2 (От Днестра до Москвы). Книга 6. Цит. по: Чтение в обществе истории и древностей российских, Книга 4 (183). 1897.
7. Солоневич И. Народная монархия. Наша страна. Буэнос-Айрес, 1973.
8. Таннер Б. Польско-литовское посольство в Московию. Цит. по: Бернгард Таннер. Описание путешествия польского посольства в Москву в 1678 г. Императорское общество истории и древностей Российских. М., 1891.